В станкостроении надо развиваться по всем направлениям

1 июня 2015 г.

Интервью директора аналитического центра института Станкин Андрея Грибкова.

– Как вы оцениваете текущее состояние отрасли станкостроения в России?

–Довольно сложное. Особенно, если сравнивать с тем, каким оно было, допустим, до перестройки. В таких развитых странах в области станкостроения, как Китай, Германия, Япония, этот рынок дает примерно 0,5% ВВП, а в России – 0,013%. Это примерно в 40 раз меньше. Понятно, что при таком объеме производства наше станкостроение не в состоянии удовлетворять потребности промышленности. В результате, поскольку у промышленности и у машиностроения, в частности, существует достаточно большой спрос на станочное оборудование, станки покупают за рубежом. По последним данным, в 2014 г. импортная зависимость России в станкостроительной продукции составила 95%. Многие типы высокотехнологичного оборудования у нас вообще не производятся или производятся в количестве нескольких штук в год, что, конечно, тоже неплохо, поскольку означает, что технологии у нас есть. Но с точки зрения удовлетворения потребности промышленности это в расчет можно не принимать. Что касается качественных показателей наших станков, то они вполне востребованы и на внутреннем рынке, и на мировом. Они достаточно хорошо конкурируют по такому ключевому критерию, как отношение «качество – цена». В результате доля экспорта в производстве российских станкостроительных заводов без учета реэкспорта составляет порядка 22%.

 

– Какие положительные тенденции в отрасли сегодня вы можете отметить?

– Тенденция, которая намечалась уже достаточно давно, – это консолидация отрасли вокруг нескольких крупных центров, которые обладают большими инвестиционными возможностями и государственной поддержкой. Таких центров несколько. В первую очередь это группа «Стан», которая начиная с 2012 г. формируется, скупая крупные российские компании, которые имеют, за редким исключением, технологический потенциал, производственные площади, но не имеют существенных объемов производства. Второй центр консолидации – холдинг «Станкопром». Это головная организация в области станкостроения, которая входит в корпорацию Ростех.

 

– Чего не хватает отрасли станкостроения для полноценного развития?

– Российские станкостроительные предприятия практически не располагают собственными оборотными средствами. Все деньги, использующиеся для развития производства, – это кредиты, полученные у банков. Для того чтобы станкостроительные предприятия могли нормально функционировать, необходимо, чтобы ставка по кредитам для них была ниже их уровня рентабельности. Сейчас уровень рентабельности станкостроительных предприятий –3–4%, у ведущих организаций – 5%. Банки же сегодня предоставляют кредиты под 10–15%, а бывает и 20% годовых. В такой ситуации даже если предприятие получает заказ, то прибыли у него не остается. В лучшем случае удается вернуть полученные в банке кредиты. А потому необходимо, чтобы для машиностроительных предприятий, имеющих важное значение для государства, но обладающих низкой рентабельностью, были специальные кредиты. Например, это могут быть специализированные банки, где предприятия станкостроения и машиностроения смогут кредитоваться на льготных условиях. Эта идея достаточно давно обсуждается, но, к сожалению, реализовать ее на федеральном уровне пока не получается. Частично на региональном уровне – в Санкт-Петербурге, в Московской и Нижегородской обл. – такого рода кредитование для машиностроительных предприятий осуществляется. Но надо понимать, что региональные бюджетные возможности существенно меньше, чем федеральные. Поэтому результат и масштаб совершенно недостаточные.

 

– Как вы оцениваете научный потенциал отрасли, и существуют ли какие-то государственные программы, направленные на его поддержку?

– Научно-технический потенциал в нашем станкостроении пока еще сохранен. Практически все типы станков, которые существуют в мире, в России либо выпускают, либо могут выпускать. Проблема заключается в том, что у наших самых крупных заводов годовой объем производства в денежном выражении составляет $20–30 млн. По сравнению с крупными мировыми компаниями эта сумма в десятки, даже в сотни раз меньше. Понятно, что не может быть серьезного научного развития в области станкостроения, если нет отрасли, которая является потребителем научных разработок. То же самое касается и взаимодействия вузов, Академии наук со станкостроительными предприятиями. Должна быть база в виде значительного станкостроительного производства. Тогда будут и заказы, будет и подготовка соответствующих кадров. Кадры на данный момент еще есть. Просто пока они не востребованы российским станкостроением.

 

– Какого рода научную поддержку Станкин оказывает отрасли станкостроения?

– Во-первых, осуществляется большое количество научно-технических работ по госконтрактам с Министерством промышленности и торговли. Центром проведения научных работ в области станкостроения является государственный инжиниринговый центр. За все время его действия сотни проектов так или иначе связаны со станкостроением. Например, один из самых масштабных проектов – 3D-Ядро. Для того чтобы работали серьезные системы автоматического проектирования, необходимо, чтобы было 3D-Ядро – программное ядро, которое позволяет осуществлять достаточно сложные трехмерные преобразования, формирование образов чертежей и т.д. Это уникальный продукт, который в мире производят всего несколько крупных компаний. В 2011 г. был заключен госконтракт на разработку Станкином такого 3D-Ядра. Эта работа уже близка к завершению, ее экономический эффект для страны составит сотни миллионов долларов в год. Также в рамках федеральной целевой программы развития промышленности и повышения его конкурентоспособности запущен крупный проект «Масштабное импортозамещение технологий металлообработки за счет разработки отечественной микроэлектронной программной аппаратной системы, числового программного управления станков». Также достаточно актуальная проблема, связанная с тем, что в России подавляющее преобладание импортных систем числового программного управления (ЧПУ) ставит под угрозу обороноспособность страны. Были и другие программы. Несколько лет назад совместно с краснодарским станкостроительным заводом «Седин» был разработан обрабатывающий центр для обработки сверхкрупных деталей. Там наши специалисты принимали участие и в разработке конструкций, и в разработке систем ЧПУ для этого станка. То есть взаимодействие есть, и достаточно активное.

 

– Ощущается ли сегодня в России нехватка специалистов в отрасли станкостроения?

– Формально специалисты у нас готовятся и в достаточно большом количестве. Другой вопрос, что уровень квалификации специалистов напрямую зависит от объема практической работы, которую они выполняют. А это опять-таки завязано на наличии собственного мощного станкоинструментального производства, которое требует новых разработок, современных станков, модернизации старого оборудования и т.д. До тех пор пока наше станкостроение находится в ослабленном состоянии, мы не можем надеяться, что у нас будет высокий уровень квалификации кадров.

 

– У Станкина есть возможность подстроить программу обучения под конкретные существующие сегодня технические нужды?

– Да, безусловно, такая возможность есть. Более того, Станкин уже несколько лет занимается повышением квалификации специалистов. Сегодня Станкин, а точнее говоря, его инжиниринговый центр, располагает мощным технологическим полигоном, где сосредоточено наиболее передовое оборудование. Такого количества станков и по номенклатуре, и по уровню в России нигде больше нет. Поэтому данный технологический полигон можно использовать для обучения, для ознакомления потенциальных потребителей станков, и такая работа сейчас ведется. Есть соглашение с крупными производственными компаниями о совместной деятельности в области и повышения квалификации и подготовки кадров, разработки нового оборудования.

 

– Какие сегодня существуют новые тенденции в образовании?

– Я бы сказал, что специфики в области станкостроения особой нет. Это и увеличение значимости курсов повышения квалификации, дополнительного образования. Это особенно актуально, принимая во внимание то, что сейчас сложность оборудования значительно повысилась. Естественно, развивается взаимодействие между производством и образованием. То есть идут достаточно серьезные проекты по развитию взаимодействия между вузами и Академией наук.

Одним из элементов инициативы государства является так называемая реиндустриализация, предполагающая то, что развитие нашей науки, наших производств должно осуществляться не в догоняющем режиме, а путем формирования новых предприятий, постановки новых задач, разработки новых технологий, которых в мире еще нигде нет. Естественно, к этому должны подключиться и образовательные учреждения. Это тоже общемировая практика, когда высшие учебные заведения являются важным, а иногда и основным элементом научно-технических разработок. Отчасти это сейчас тоже одна из тенденций развития образования. Невозможно создать новые технологии, оборудование без подключения к такой работе Академии наук. Поэтому если мы хотим формировать так называемое образование будущего, то в нем обязательно должны принимать участие и академические институты.

 

– В декабре 2014 г. президент России предложил создать национальную техническую инициативу. Какие шаги уже сделаны в этом направлении?

– Сейчас идет начальный этап реализации этой национальной технической инициативы. К началу лета должна быть подготовлена ее концепция. Первые документы уже сформированы, и сейчас их необходимо проанализировать. Это будет происходить во всех крупных научных центрах России, а дальше уже можно будет приступать к детальной разработке «дорожных карт». Естественно, Станкин, как центральный научный центр в области станкостроения и разработки политики импортозамещения, тоже принимает участие в этом. В частности, наши специалисты входили в рабочую группу по разработке технологической доктрины этой концепции. Есть несколько вопросов, которые назрели достаточно давно, и на них в доктрине предприняли попытку дать ответ. Первый вопрос – как определять приоритеты, какие отрасли необходимо развивать, какие у нас есть критически важные товары и технологии, какие мы имеем возможности с точки зрения наличия оборудования для реализации этих технологий.

Другой вопрос связан с тем, что нам необходимо оценить тот технологический потенциал, который у нас есть. Имеется в виду оборудование. В России последняя перепись оборудования, в частности металлообрабатывающего, была проведена еще в советское время. И сейчас мы можем лишь предполагать, каким количеством технологического оборудования располагаем. Станкин в этом направлении некие работы осуществлял, делал свои оценки. Однако теоретических оценок недостаточно. Необходима широкомасштабная перепись станков.

 

– Сколько должно пройти лет, чтобы был создан базис, который позволит России производить конкурентоспособную продукцию?

– Российская продукция конкурентоспособна. Другой вопрос, что объемы ее производства очень небольшие. Что касается увеличения объемов производства, то здесь достаточно трудно делать какие-либо прогнозы, поскольку многие факторы до конца еще не определены. Если те планы, которые сейчас намечены у группы «Стан», у «Станкопрома», и у крупных западных компаний, открывающих свои филиалы в России, будут реализованы, то можно прогнозировать, что в течение 10 лет в этой отрасли страна выйдет из технологической зависимости. Но насколько успешно эти планы будут реализованы, пока сказать сложно. Анализируя итоги I квартала этого года, можно заметить, что амбициозные планы по развитию станкостроения пока не реализуются. Конечно, и катастрофического падения нет, есть стагнация. Может быть, в дальнейшем в течение этого года ситуация улучшится, и мы будем наблюдать рост объемов производства. На сегодняшний день существуют объективные причины для развития станкостроения в России. Это ограничения со стороны крупных западных производителей станков, в первую очередь Германии, Италии и ряда других стран в области поставки в Россию высокотехнологичного оборудования, особенно станков для оборонно-промышленного комплекса. Объем импорта несколько сокращается, так что конкуренция на внутреннем рынке немного ослабевает. В этой ситуации российские производители могут наращивать производство, занимать освободившиеся ниши. Другой положительный фактор – наличие значительного объема инвестиций в отрасль, как частных, так и государственных. Так что ситуация для развития станкостроения в целом благоприятная.

 

–Какие, на ваш взгляд, технологии могут быть перспективными для России?

– Я не разделяю такого подхода, когда пытаются выделить какие-то отдельные технологии, которые нужно развивать. Это оправдано для маленьких стран. На мой взгляд, в области станкостроения мы должны развиваться практически по всем ключевым направлениям. У России достаточно большой научно-технический и инвестиционный потенциал, практически все ключевые виды оборудования, которые сейчас существуют в мире, должны производиться и в России. Это и обрабатывающие центры, и электроэрозионное оборудование, где у нас уже есть определенный задел. Это и гидроабразивное оборудование, агрегаты для экструзионной обработки и многие другие.

Необходимо уделять большое внимание так называемой немеханической обработке. Это самое перспективное направление во всем мире, и научная база для этого сейчас в России формируется. Достаточно большое количество научных центров, в том числе и Станкин, занимается этим вопросом. Еще одно очень интересное направление, которым занимается наш институт, это аддитивные технологии или технологии по обслуживанию синтеза.

 

– Каким вы видите будущее российского станкостроения?

– Я думаю, что в России объемы производства станков будут расти. Это связано с тем, что, как я уже говорил, для этого есть объективные благоприятные обстоятельства. Кроме того, сейчас первостепенная роль отводится нашему оборонно-промышленному комплексу. Это и основа нашей независимой геополитики, нашей обороноспособности и, в том числе – важный фактор в экономическом взаимодействии с другими странами. Крупнейшими потребителями станков являются оборонно-промышленные комплексы. А без собственного станкостроения у России не может быть независимого оборонно-промышленного комплекса. Поэтому, очевидно, государство будет уделять внимание станкостроению, будут выделяться средства на реализацию различных программ, направленных на импортозамещение.



Обсуждение

Чтобы ставить отметку "Мне нравится" надо зарегистрироваться.
Для этого укажите ваше имя и адрес email.
Имя:
Фамилия:
E-mail:
Пол:
Если вы уже зарегистрированы,
введите ваши данные здесь
Чтобы оставлять комментарии надо зарегистрироваться.
Для этого укажите ваше имя и адрес email.
Имя:
Фамилия:
E-mail:
Пол:
Если вы уже зарегистрированы,
введите ваши данные здесь
Мы приветствуем комментарии, которые добавляют знания к уже имеющимся в статье в виде частного мнения комментатора или дополнительной информации. Если вы обнаружили комментарий, который по-вашему мнению не соответствует теме новости или нарушает наши правила публикации комментариев, вы можете сообщить об этом редакторам с помощью ссылки «Сообщить о нарушении». Представленные в комментариях мнения могут не соответствовать мнению deMetallo. С нашей Политикой комментирования статей вы можете ознакомиться здесь: http://www.demetallo.com/legal/comment_policy/

Copyright © 2000-2017 ООО «Единые информационные системы». Все права защищены.

Запрещена публикация информации сайта без получения предварительного одобрения публикации от deMetallo.

Лицензионное соглашение и Политика конфиденциальности

Подняться вверх